Не является здесь причиной и воля ин\дивида, ведь акт воления тоже имеет соответствие в определенном коде, поэтому материальные изменения в мозге порожда\ет не акт воли как идеальное явление, но акт воли в единстве с его кодом, то есть опять-таки "идеально-материальный" объект. Мы здесь сталкиваемся с особой, двуединой, двуприродной причинностью, идеально-материальной, которая выступает как порождение одним двуприродным объектом А1/Х1 друго\го объекта А2/Х2. Следует отметить, что в современной западной литературе также есть подобная концепция "двойной причины - двойного следствия" . Влияние сознания на мозг, зависимость мозговых изменений от сознания не есть отношение причины-следствия между материальными и идеальными явлениями: оба эти процесса протекают "параллельно" в разных слоях бытия, и изменения в мозге или в сознании порождаются не сознанием и мозгом в отдельности, но неразрывным единством того и другого типа А1/Х1. То есть ни мозг, ни сознание не являются причиной по отношению друг к другу, а только необходимыми условиями изменений друг в друге: инобытие не существует без бытия и наоборот. Субъектом же этой идеально-материальной причинности выступает человек как духовно-телесный индивид.
Это и не физическая причинность, так как без участия сознания переход от X1 к Х2 осуществиться не может, ни иде\альная причинность, так как это приводит к концепции сознания как отдельной субстанции. Таким образом, никакие идеаль\ные изменения не порождают материальные изменения в мозге, пе\реход от А1 к А2 не является причиной перехода от X1 к Х2. а только необходимым условием: эти переходы по отношению друг к другу совершаются одновременно, они объективно есть иное друг друга.
дву\единого объекта А2/Х2, который так же есть единство образа и кода, идеального и материального.
Поскольку сознание не порождает изменение от X1 к Х2 без связи с кодом X1, то причиной появления нового кода Х2 является не идеальное явление А1 само по себе, и не код X1 сам по себе (он не порожда\ет Х2 без А1), а X1 и А1, взятые в своем неразрывном единст\ве как двуединый, идеально-материальный объект, - А1/Х1. Ког\да я по своей воле перехожу от А1 к А2, это означает, что двуединый объект А1/Х1 порождает, является причиной другого
В свете проблемы связи сознания и мозга, важным является вопрос о том, способно ли сознание влиять на мозговые процессы, вызывать материальные изменения. На наш взгляд, изменение мыслимого содержания должно отражаться на мозговой деятельности в силу воплощенности каждого образа в соответствующем коде, поэтому мы разделяем мнение Д.И.Дубровского, признающего такое влияние . Представим себе, что мы по собственной воле переключились с одного предмета мышления на другой, то есть изменили идеальное явление А1 на идеальное явление А2. Поскольку и то, и другое явление необходимо воплощены в кодах X1 и Х2, то переход от А1 к А2 равносилен переходу от X1 к Х2 . Но что это может означать ? Можно ли здесь говорить об идеальной причине ? Заметим, что А1 не есть причина X1: код и образ есть одновременные, "параллельные" явления в разных слоях психофизической реальности. Безусловно, кодовый переход от X1 к Х2 зависим от нашей воли, сознания. Но причиной изменения X1 на Х2 является не сознание само по себе, а человек как духовно-телесное единство. От меня как духовно\-телесного индивида зависит изменение X1 на Х2. Иначе гово\ря, сознание является здесь необходимым условием, без кото\рого переход от X1 к Х2 был бы невозможен. Но необходимое условие не есть причина (например, воздух - необходимое условие бытия человека, но не причина его бытия).
То есть сознание и мозговые процессы, образ и код - это два разноприродных явления, которые хо\тя и не существуют друг без друга (в пределах земной жизни, а о небесной здесь не идет речи), но не есть одно и то же с двух разных точек зрения, а представляют из себя два "параллельных" онтологических слоя, два измерения психофизической реальности, происходящих одновременно, связанных между собой как идеальное и материальное. Материальные процессы в мозге не превращаются в идеаль\ные, оттого, что я рассматриваю их "изнутри". Если код (мозговое состояние) переживается как образ, то есть "информация" переживается без своего носителя, в "чистом виде" , то это и означает, что мозговое состояние переживается без всего материального, что его "составляет"; сознается нематериальный, "внешний" смысл этого состояния (= информация в чистом виде), но не его "внутренняя идея", не его собственная смысловая определенность, а определенность того внешнего, которое оно воплощает, - сознается символизируемая данным состоянием мозга идея внешнего объекта. Следовательно, образ и код существуют как состояние мозга и переживаемая мной идея этого состояния, его инобытие, а не само состояние, переживаемое изнутри как "образ".
По нашему мнению, эта концепция несет на себе сильный отпечаток субъективизма, так как природа любого объекта не зависит от нашей точки зрения: мозговые процессы остаются материальными и "извне" и "из\нутри", а образы идеальны не только "изнутри", но и "извне" как «инобытие» деятельности мозга. Образ - это не код, рассмат\риваемый субъективно, а объективное инобытие кода, идеальное, воплощенное в материальном. Поэтому из осмысленности утверждения "начало состояния мозга В включало к единиц из corpus callosum " (в предположении, что состояние мозга тождественно состоянию сна, и, следовательно, сознание идеального явления тождественно сознанию мозгового процесса) не следует, что в равной степени осмыслен тезис "начало состояние сна D включало к единиц из corpus callosum" . Аналогично, если сказать, что человека испугало состояние сна, то это имеет смысл, но выражение "состояние нервов N испугало человека" (при этом считаем, что состояние сна и состояние нервов это одно и то же) или "данное количество нейронов испугало человека" бессмысленно .
Следовательно, реально существуют только мозговые процес\сы, которые кажутся нам "изнутри" сознанием, материальное, которое представляется нам идеальным. Как отмечает А.В.Булыгин, "нет ни одного психического процесса, который не был бы одновременно нейрофизиологическим" . В том же плане М.Корнфорт полагает, что "происходит только один процесс, а именно материальная деятельность мозга. Психическая деятельность всего-навсего одна из сторон деятельности мозга" . Последнее равносильно тому, что реально сознание как идеальное не существует, что оно "на самом деле" материально. Кро\ме того, данный взгляд ставит природу мозговых процессов в зависимость от точки зрения субъекта: с "внешней" точки зрения это нейрофизиологический материальный процесс в мозге, а с "внутренней" - идеальный процесс сознания.
Однако, возможно и другое понимание "превращения", когда под "превращением" кодов в образы имеется в виду не реальное превращение, но "рассматривание" материального содержания мозговых процессов изнутри, "внутренним оком". В этом случае предстающее снаружи как код, нечто материальное, изнутри предстает данному субъекту как образ, - отсюда и "превращение". Это характерное понимание соотношения сознания и мозга в нашей литературе восходит еще к Фейербаху. Он утверждал: "Что для меня, или субъективно, есть чисто духовный, нематериальный акт, то само по себе, или объективно, есть материальный, чувственный акт" . То есть реальность сознания как идеального существует лишь субъективно, для меня, а на самом деле, объективно, это материальный мозговой процесс. Аналогичный взгляд на идеальное есть и у отечественных авторов: "сознание есть внутреннее состояние материи, интроспективное выражение некоторых физиологических процессов /../ сознание и материя не являются двумя разнородными вещами ..Физическое и психическое - один и тот же процесс, но толь\ко с двух сторон разглядываемый ..То, что с лицевой, объективной стороны представляет собой физический процесс, то же изнутри самим этим материальным существом воспринимается как явление воли, как явление ощущения, как нечто духовное" . Сходные взгляды высказывались и позднее в нашей литературе. В частности, Н.П.Антонов утверждает, что объективный нейрофизиологический процесс в мозгу субъективно пережи-вается нами как мысль, желание, воля . В том же смысле высказывается и Д.И.Дубровский, говоря о том, что объективный нейродинамический код пе-реживается как образ . Понятно, что если психическое - это нейрофизиологическое, материальное, рассматриваемое внутренним, интроспективным ''взором", то сознание превращается в иллюзию, фикцию материального бы\тия: "иллюзия о противоположности мыслящего духа и плоти .. чисто субъективный факт .. существующий только в голове" .
Существуют и другие попытки сформулировать эти положения, хотя и в иной форме. Так, А.В.Булыгин предлагает опи\сывать процесс возникновения образа в сознании как "декодирование", причем декодирование есть "процесс взаимодекодирования нервных сигналов, дополняющих друг друга" . 0 "декодировании" говорит и Д.И.Дубровский, но использует этот термин для объяснения переживания образа (то есть возникновения образа в со\знании). Причем, по его мнению, декодирование "не может означать ничего иного, как перекодирование", преобразование одного кода в другой . Но декодирование и перекодирование совсем не тождественные понятия: перекодирование представляет собой перевод одного кода в другой , а декодирование - это процесс, обратный кодированию, процесс "восстановления закодированных данных .. в исходную форму" , то есть процесс превращения "зашифрованного" в "расшифрованное", известное. Таким образом, "декоди\рование" - это просто другой термин для обозначения концепции "превращения". Декодирование есть процесс превращения зашифрованной информации ("кода") в расшифрованную информацию, то есть в образ. В результате речь идет о том, что сознание "превращает" коды в образы. Такая позиция приводит к мысли, что материальное превращается в идеальное, а это противоречит реальной картине жизни мозга и закону сохранения энергии. И потом, откуда тогда взялось сознание, которое превращает коды в образы, если эти люди, по сути, отрицают идеальность как таковую?
Таким образом, если признается, что мозговые процессы являются причиной событий сознания, а не их необходимым условием (причина же - объект внешнего мира и субъект внутреннего), то, следовательно, принимается возможность "превращения" материального в идеальное. То есть возникновение образа в сознании здесь будет "превращением" определенного состояния мозга ("кода") в образ. Полагаем, что такое понимание заключает в себе серьезное противоречие: если коды превращаются в образы, то либо образ есть что-то материальное, либо код уничтожается прямо в веществе мозга и превращается в "ничто" (с физической точки зрения), но это будет нарушением закона сохранения энергии. Очевидно, что эта ситуация противоположна реальному положению вещей: коды остаются кодами, никуда не исчезая (поэтому никакого превращения нет), а образы являются их инобытием, причем образ и код - одновременные явления.
В некоторых отечественных исследованиях, касающихся вопроса связи сознания и мозга, можно встретить утверждения, согласно которым сознание следует понимать как результат, следствие нейрофизиологической деятельности мозга. Уже И.П.Павлов спрашивал:"Каким образом материя мозга производит субъективное явление?" . Высказывается положение о том, что сознание "превращает все виды нервных кодов в натуральный образ внешнего объекта" . А.Г.Спиркин приходит к выводу, что нейрофизиологические процессы продуцируют образы, так что "на человека воздейству\ют вещи, вызывая бурю электрохимических реакций .. в результате которых он видит все эти вне его лежащие вещи" . Иными словами, эти авторы приписывают мозговым процессам причинность в отношении сознания, мозговые процессы здесь непосредствен\но порождают сознание.
Поскольку онтологический смысл сознания состоит в том, что оно есть идеальное бытие, в данном случае сознание может быть определено как «инобытие» нейрофизиологической деятельности мозга, посредством мозга связанное с материальным миром. Следовательно, внеположность созна\ния мозговым процессам есть "внешность" инобытия бытию. Отсюда и нахождение образа в коде необходимо понимать не в буквальном смысле, как присутствие сознания где-то в глубинах вещества мозга, но как объективированность сознания в мозге. Это демонстрирует зависимость идеальных явлений от материальных: если определенный участок мозга поврежден, то это означает, что не\которые конкретные образы не могут возникнуть, вплоть до на\рушения определенных способностей, так как образы не могут быть выражены в соответствующих кодах, для них отсутствует необходимое условие существования.
По нашему мнению, проблема связи между сознанием и мозгом, исследуемая Д.И.Дубровским, может быть решена на путях отказа от попыток свести эту связь к какой-либо материальной связи, так как это означало бы превращение сознания в нечто материальное, ведь материальная связь может существовать только между материальными же объектами, каковым, безусловно, не является сознание. Поэтому, если попытаться сформулировать сущность связи между сознанием и мозгом, то в онтологическом аспекте она может быть охарактеризована как связь между идеальным и материальным.
Очень важным в этой связи представляется взгляд, согласно которому об\раз и код суть явления одновременные и однопричинные. Причиной их является либо материальный объект, либо внутренний объект мыш\ления в субъекте, т.е. сам субъект иными словами и субъект, и объект в их единстве. Отсюда следует, что код - это не причина образа, а нечто "параллельное" ему. Следовательно, код и образ - это два разных слоя психофизической реальности. Код - это физический, внешний слой, материальное "измерение" объекта в мозге, а образ - это внутренний слой, идеальное "измерение" того же объекта в сознании. Но каков же характер связи между ними ? Нам представляется, что у Д.И.Дубровского этот вопрос не решен однозначно. С одной стороны, им признается, что эта связь не есть физическая, с другой - "это особая функциональная связь" , кодовая зависимость. Здесь возможны две интер\претации: а. Связь между сознанием и мозгом, образом и кодом вообще не может быть сведена к какому-либо виду материальной связи, а не только к физической; б. Связь меж\ду образом и кодом хотя и не является физической связью, но может быть сведена к материальной связи, характеризуемой как "кодовая зависимость" .
Одной из наиболее известных концепций соотношения сознания и мозга в советской материалистической литературе являлась так называемая "кодовая" концепция, изложенная Д.И.Дубровским в трех работах . Кратко смысл этого воззрения заключается в следующих 4 тезисах: а. Всякое явление сознания есть информация; б. Оно необходи\мо воплощено в своем материальном носителе; в. Этот носитель - определенная мозговая нейродинамическая система; г. Эта система есть код соответствующей информации . Итак, явление соз мания, образ, воплощен в коде как своем материальном носите\ле. Как же исследователь представляет характер связи между сознанием и мозгом, то есть между образом и кодом ? По мнению Д.И.Дубровского, эта связь есть особая "кодовая зависимость", "отношение "представленности" данной конкретной информации в данном конкрет\ном носителе для данной конкретной самоорганизующейся системы. Код как конкретный носитель данной информации есть элемент самоорганизующейся системы .. есть специфический код А, вне которого А не существует" . Автор поясняет, что кодовая зави\симость не есть физическая, а образ и код "суть явления одновременные и однопричинные", причем образ не существует в мозгу в качестве объективной реальности, то есть, он нематериален .
Не менее важным, чем анализ онтологического смысла созна\ния, является вопрос о связи сознания и мозга, ибо, рассмат\ривая последний, обнаруживаем те основные противоречия, ко\торые встречаются в исследованиях по проблеме идеального. Поэтому необходимо проанализировать концепции связи сознания и мозга, которые существуют не только в философской литературу но также в психологии и нейрофизиологии.
Проблема связи сознания и мозга (1997)
Проблема связи сознания и мозга
Проблема связи сознания и мозга (Константин Матаков) / философия / Проза.ру - национальный сервер современной прозы
Комментариев нет:
Отправить комментарий